Законный представитель несовершеннолетнего лица (истец) обратился с иском к ответчику о признании притворным договора купли-продажи квартиры, признании сделки договором дарения, внесении изменений об основаниях регистрации перехода прав в Единый государственный реестр недвижимости. Исковые требования мотивированы тем, что истец является собственником трехкомнатной квартиры. Объект недвижимости был получен истцом в собственность по договору купли-продажи, по которому истец является покупателем, а продавцом выступает ответчик. В договоре купли-продажи указана стоимость квартиры 500 000 руб.
Указанная сделка является притворной. В действительности сделка совершена на безвозмездной основе, стороны совершили прикрываемую сделку дарения. Стороны заблуждались относительно необходимости документального оформления перехода своих прав на основании договора купли-продажи с указанием цены, не предполагая о законности оформления договора дарения с учетом наличия безвозмездных условий. Неоспоренная сделка купли-продажи квартиры несет для истца неблагоприятные последствия. Признание договора ничтожным является способом защиты жилищных прав несовершеннолетнего. В случае сохранения сделки истец может лишиться денежной компенсации за аварийное жилье, соразмерной его фактической стоимости, а не заниженной стоимости имущества, указанной сторонами в договоре. Сохранение сделки существенным образом нарушает права и законные интересы истца. Исходя из того, что стороны не согласовывали цену имущества, несмотря на ее указание в договоре, следует признать сделку ничтожной, осуществить переквалификацию на дарение. Ответчик в добровольном порядке отказывается переоформлять договор купли-продажи на безвозмездную сделку дарения. Ответчик продал квартиру, но денежные средства не получил, вследствие чего не пускает в квартиру, готов предоставить доступ под условием заключения договора дарения, осознавая, что у истца отсутствуют денежные средства для оплаты стоимости квартиры по договору купли-продажи. Решением городского суда Пермского края в удовлетворении иска отказано.
С решением суда не согласен истец в лице законного представителя, в апелляционной жалобе просит его отменить, как незаконное и необоснованное, удовлетворив исковые требования. Доводы жалобы аналогичны основаниям иска и позиции истца, занятой при рассмотрении спора по существу. Указывает, что записи о получении и передаче денежных средств в договоре были сделаны от руки по требованию сотрудника МФЦ, иначе договор не прошел бы государственную регистрацию. Суд не учел признание иска ответчиком, не принял во внимание выписки из банков о движении денежных средств, чем нарушил права несовершеннолетнего истца на получение справедливой компенсации за жилье. На момент заключения договора и после этого место жительства истца не изменялось, квитанции по оплате коммунальных услуг не переоформлялись, по факту квартира для проживания истцу не была нужна. Министерство строительства Пермского края представило возражения по доводам апелляционной жалобы, полагало необходимым решение суда первой инстанции оставить в силе. Прокурором дано заключение об отсутствии оснований для отмены решения суда первой инстанции, поскольку судом установлены юридически значимые обстоятельства по делу и дана надлежащая оценка представленным доказательствам. При вынесении решения судом не нарушены нормы материального закона и процессуального права. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.
При рассмотрении спора суд, руководствуясь ст., ст. 1, 8, 10, 166, 168, 170, 209, 218, 421, 549 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом в лице законного представителя исковых требований. При этом суд, учитывая согласованные сторонами условия договора купли-продажи, расписку продавца о получении денежных средств, последующие действия сторон по регистрации перехода права собственности, а также обстоятельства, указанные в исковом заявлении, исходил из недоказанности юридического состава для квалификации оспариваемой сделки ничтожной по основаниям притворности. Суд также принял во внимание, что предъявление иска по истечении более чем 2-х лет с момента заключения договора, фактически обусловлено стремлением истца получить возмещение за спорное помещение, изымаемое для государственных нужд, в большем размере, которое применительно к рассматриваемой ситуации в силу ч. 8.2. ст. 32 Жилищного кодекса Российской Федерации ограничено размером стоимости помещения, определенной сторонами условиями оспариваемого договора. Данные действия сторон не отвечают критериям ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда, основанными на анализе представленных в материалы дела доказательств в их совокупности, оценке фактических обстоятельств дела, верном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения. Доводы апелляционной жалобы выводы суда не опровергают, направлены на иную оценку установленных судом обстоятельств и представленных доказательств, основания для которой у судебной коллегии отсутствуют; указываемые в обоснование иска обстоятельства в решении суда получили надлежащую оценку, оснований для ее повторения коллегия не усматривает.
При этом коллегия дополнительно отмечает, что одним из основополагающих принципов гражданского законодательства является запрет недобросовестного поведения, в соответствии с которым лицо не вправе действовать вопреки своим ранее совершенным действиям, создавшим обоснованные ожидания у других лиц. Закон устанавливает, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на ее действительность (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Таким образом, лицо, которое своими действиями создало разумные (правомерные) ожидания действительности сделки у иных лиц, не вправе ссылаться на недействительность (ничтожность) соответствующей сделки. Заявление лица о ничтожности сделки, совершенное вопреки его предшествовавшему последовательному поведению, не имеет юридического значения.
При рассмотрении спора судом установлены последовательные действия сторон по заключению договора, включая согласование всех существенных условий, и последующему исполнению оспариваемого договора купли-продажи. Подача рассматриваемого иска осуществлена по истечении 2-х лет со дня заключения договора, фактически обусловлена стремлением получить возмещение за изымаемое жилое помещение в связи с признанием дома аварийным и подлежащим сносу в большем размере, чем предусмотрено законом; до начала процедуры изъятия договор сторонами не оспаривался. Вместе с тем указанные действия истца (сторон по делу) не соответствуют положениям ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и не подлежат защите. В связи с этим выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения иска и принятия признания иска ответчиком, как нарушающего права иных лиц, являются верными.
Коллегия также отмечает, что суд первой инстанции обоснованно обратил внимание на противоречивую позицию стороны истца, который в тексте искового заявления указывает, что ответчик продал ему квартиру, но денежные средства не получил, вследствие чего не пускает его в квартиру, при этом в просительной части иска истец утверждает, что сделка являлась безвозмездной.
Доводы апеллянта о том, что на момент заключения договора и после этого место жительства истца не изменялось, квитанции по оплате коммунальных услуг не переоформлялись, по факту квартира для проживания истцу не была нужна, не являются критериями вида (купля-продажа, дарение) сделки, правильность выводов суда не опровергают. Утверждения автора апелляционной жалобы о том, что суд не принял во внимание выписки из банков о движении денежных средств, судебной коллегией отклоняются, поскольку оспариваемым договором предусмотрена передача денежных средств любым способом, не запрещенным законом. Ссылка в жалобе на то, что ответчик является биологическим отцом истца, правового значения по рассматриваемому предмету и основаниям иска не имеет, квалификацию договора не изменяет, более того, опровергается свидетельством о рождении, в котором отцом несовершеннолетнего указан иной гражданин, отцовство которого в установленном порядке не оспорено.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила решение городского суда Пермского края оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.
Документ: Апелляционное определение Пермского краевого суда от 26.01.2026 по делу N 33-795/2026(33-11153/2025) (УИД 59RS0017-01-2025-001822-64)
По материалам сайта: ТелекомПлюс
Share this content:
